1 сообщение в этой теме

Диверсант

 

— Как человек, лишенный воображения, Лестрейд нам очень пригодился. И, в конечном счете, сэр Генри ему обязан жизнью. Как вы были правы, Ватсон, это запутанная история. Слепая вера старого Баскервиля в легенду подсказала преступнику идею сделать из собаки исчадие ада. Сэр Чарльз сам рассказал Степлтону семейное предание и таким образом встал на свой смертный путь. Степлтон знал, что у сэра Чарльза плохое сердце, и что сильное потрясение может его убить. Так оно и случилось, когда у калитки вместо Лоры Лайонс старик увидел это пугало. Но появление наследника — сэра Генри — заставило Степлтона начать все сначала. Моя роль скромна: дело покатилось непредсказуемо. Для меня до сих пор является загадкой, как Степлтон собирался доказать свои права на наследство. Но эту тайну он унес с собой, в глубину Гримпенской трясины; вряд ли несчастная жена знает подробности. К ее чести, Ватсон, надо сказать, что она всячески сопротивлялась убийству.

— А Лора Лайонс? Она непохожа на наивную женщину. Что заставило ее стать слепым орудием в руках негодяя? Реальная подоплека или, опять-таки, мистическая сила?

— Кто знает, дорогой Ватсон, кто знает…

Артур Конан Дойл, «Собака Баскервилей»

 

 

Пролог

 

— Веня, еще одну! — проорал Стилет, опасно покачнувшись у стола. Печально зазвенела осколками, разбившись о пол, опустошенная бутылка водки.

— Может, не надо, Стилет? — обеспокоенно спросил Сыскарь. — ты уже литр выпил!

— Слушай, Сыскарь, не надо меня жизни учить! Я больше водки выпил, чем ты какой бы то ни было жидкости за всю свою жизнь!

Из-за большого количества выпитого язык сталкера сильно заплетался, и вместо четкой фразы вышло что-то вроде «сшйсскрьнндамняжзниучть…». Но Сыскарь уже больше года ходил со Стилетом по Зоне и научился разбирать любые фразы.

Веня, местный «официант» — неудачливый сталкер, долго пытавшийся искать артефакты, но после нескольких особенно крупных поражений плюнувший на это дело и устроившийся работать в бар, — принес бутылку. Стилет вновь покачнулся и начал заваливаться на Веню. Разносчик отскочил в сторону. Сыскарь рванулся к товарищу, но тот в последний момент успел ухватиться за створку ставень стойки. Стойка опасно захрустела под весом сталкера, но выдержала. Бармен со вздохом взял в руки длиннющую щепку, отколовшуюся от столба.

— Знаешь, Стилет… пора тебе на боковую. Все-таки после рейда ты немного не в форме.

— О… и ты тда же… я ж тебе прибль приншу, а ты… все вы здесь против мня, — пробормотал Стилет и, вырвав из рук официанта бутылку, направился к выходу. Вслед за ним вышел неприметный сталкер в выцветшем камуфляже и с АКС-74у за плечом. Сыскарь полоснул по нему подозрительным взглядом, а затем вернулся к созерцанию пустой консервной банки. К черту такие мысли. На территории Бара грабить и убивать запрещено, «Долг» ревностно следит за этим.

Постояв еще немного над пустой тарелкой в ожидании друга, Сыскарь отправился спать. Не маленький уже, сам доберется.

***

Сыскаря разбудил тяжелый стук в дверь. Он поднес к глазам армейские часы — полпятого утра! — и поднялся с жесткого матраса, на котором спал, теребя рукоятку пистолета. Мало ли кто там, за дверью, стоит.

За дверью оказался «должник» с нашивками рядового на рукавах. Он ткнул в руки сталкеру какую-то бумаженцию и, щелкнув каблуками, направился к выходу.

Сыскарь вернулся к кровати, устало сел на нее и достал из рюкзака литровую флягу воды. Открутив крышку, сталкер глотнул из нее, а затем плеснул чуть-чуть на руку и смочил лицо. Когда в голове немного прояснилось, Сыскарь поднес к глазам листок, пытаясь прочесть намалеванный на нем текст в слабом свете заоконного фонаря, со скрипом болтающегося на проводе. Ничего из этого не вышло, и сталкер, проклиная собственную слепоту, «Долг», Бармена и всех остальных, полез за фонариком в разгрузку, висевшую рядом на стуле.

«Сталкер Стилет, совершивший ночью убийство бойца «Долга» капитана Еремина, ссылается на вас как на свидетеля. Вам надлежит в течение шести часов прибыть на базу «Долга» для дачи показаний».

Текст, напечатанный старой печатной машинкой на пожелтевшем листе, словно пронзил Сыскаря. Сталкер яростно скомкал бумажку, быстро зашнуровал берцы, накинул разгрузку и рванул к выходу, натягивая перчатки с обрезанными пальцами на руки.

«Должники» безропотно пропустили сталкера, увидев бумаженцию. Лишь командир задал почти риторический вопрос о скомканном состоянии «документа».

Стилет обнаружился за решеткой внутри бункера. К нему был приставлен караул из двух бойцов со взведенными автоматами. Сталкер грустными глазами посмотрел на Сыскаря и, пробормотав: «Не виноват я, напарник. Не виноват…», вновь уставился в покрытый трещинами бетон пола.

— Вы подтверждаете, что Стилет вышел вчера ночью из бара? — задал вопрос долговец-следователь.

— Да, подтверждаю! — раздраженно ответил Сыскарь, — Однако он был пьян в стельку и еле держался на ногах!

— Однако его нашли с окровавленным стилетом в руках недалеко от места убийства. Вы же не отрицаете, что Стилет прекрасно владеет холодным оружием скрытого ношения?

— Да, подтверждаю! Однако Стилет не мог убить долговца, даже будучи пьяным! Зачем ему это?!

— Вашего товарища нашли недалеко от трупа капитана с окровавленным стилетом в руках. Этого достаточно.

— Но, позвольте! Вы не можете просто так расстрелять Стилета! Его вина не доказана!

— Его нашли недалеко от трупа с окровавленным стилетом в руках, — терпеливо повторил долговец.

— Да как вы не понимаете! Не мог он убить! Не мо… — Сыскарь вскочил, однако ему на плечи тут же легли затянутые в броню руки, и сталкер замолк на полуслове.

— Достаточно. Расстрел состоится через двое суток, ровно в полдень. Уведите.

Сыскаря взяли под руки и вывели из бункера на воздух. Там уже сыпал дождь. Сталкер озлобленно сморщился и поднял голову, подставляя лицо струям воды. Ч-черт, ну не мог Стилет убить долговца! Он же всегда был солидарен с ними в идеологии! Что за подстава…

 

 

Глава 1

Неожиданный товарищ

 

Бармен, как всегда, обнаружился за стойкой. И, как обычно, протирал стаканы. Увидев посетителя в столь ранний час, он недовольно заворчал, но отложил стакан с тряпочкой весьма подозрительного вида в сторону и уставился на вошедшего Сыскаря.

— Бармен, помнишь, как вчера Стилет вышел?

— Помню, конеш… да, жаль Стилета. Он ведь всегда порядочным был, от водки головы не терял, а тут…

— Так ты что, веришь, что Стилет долговца убил?! — Сыскарь не на шутку разозлился. Бармен резко сунул руку под стойку.

— Успокойся, Сыскарь, успокойся! Вслед за другом захотелось?

Сыскарь глубоко вдохнул, досчитал до десяти, а затем медленно выдохнул, не сводя с Бармена глаз. Тот продолжал держать руку под стойкой.

— Помнишь, Бармен, вчера сразу после того как Стилет вышел, вслед за ним вышел мужик в потертом камуфляже и с «ублюдком» за спиной?

— Да ты шо, Сыскарь? Чтоб я, да всех посетителей запоминал? Да у меня ж башка взорвется!

Сыскарь со вздохом вытянул из внутреннего кармана тысячную купюру и, положив ее на стойку, прижал рукой.

— Этого достаточно, чтобы освежить твою память?

— Вполне хватит, вполне… — заблестели глаза Бармена. Он потянул руку к купюре, однако Сыскарь ловким движением сжал ладонь, пряча бумажку в кулаке.

— Вспоминай давай.

— Слушай, в общем. Парня этого Диверсантом зовут. Говорят, за то, что он однажды сталкерам в Деревне целую диверсию устроил. Вроде как с Ведьмаком, который тогда в лагере новичков дрессировал, не поделил чего-то. Короче, он что-то с жрачкой странное нашаманил, Ведьмак как позавтракал, так и поехало… в общем, ворвался он к Сидоровичу в бункер и стал стволом размахивать, дескать, он, сука, все время обдирает его, как липку. И пусть он, падла, деньги все возвращает. Которые на халяву заграбастал. А Сидорович ему — бац! — и с обреза в грудак дуплетом засадил. Ведьмак в бронике тогда был, не покоцало его. Но вырубило. Очнулся связанным в подвале одного из домов, а над ним новичок какой-то сидит в потертом камуфляже, пистолетом поигрывает. Это он, Диверсант, и был. Потребовал он тогда у Ведьмака что-то, да и свалил на следующий день с Кордона. И Ведьмак больше там не показывается, боится гнева торговца, да все сталкера этого ищет. Да только нет заказа на поиск — мы не сообщаем. Чего зря трудиться…

— Ага… — задумчиво пробормотал Сыскарь и направился к выходу.

— Э! А деньги? Информация тоже денег просит!

Сыскарь обернулся, смерил Бармена взглядом, положил купюру на самый дальний стол и вышел.

Бармен рванулся в зал за купюрой, потом передумал, метнулся обратно. Выхватил из-под стойки КПК и набрал на нем короткое сообщение. Затем все же вышел за бумажкой.

***

Первым делом Сыскарь решил найти этого самого Ведьмака. Все-таки человек имел контакт с потенциальным подозреваемым, причем далеко не самый приятный. Сам Сыскарь с Ведьмаком не пересекался, но знал, что тот сейчас в Темной долине тусуется. Там он с диггерами в лабу местную полез. Говорят, в таких лабораториях ценного сохранилось уйма. Зато и возможностей отправиться в лучший мир очень много.

Путь в Темную долину лежал через Свалку, где хозяйничали бандиты. Одно радовало — от блокпоста до лесочка, через который можно было пройти к цели, можно было попасть по окраине мусорной местности.

Оставив справа болотце, Сыскарь направился к лесочку, миновав таблички с «пропеллером» радиации. Счетчик Гейгера затрещал, и сталкер недовольно сунул руку в карман разгрузки, доставая тубус с таблетками антирада. Глаз уловил впереди колебания воздуха, и Сыскарь, определив тип аномалии («Трамплин»), полез в рюкзак за мешочком с болтами. Предосторожности лишними не бывают.

Первый болт с глухим хлопком исчез из виду, ускоряясь до сумасшедших скоростей. Вторая железка упала справа от аномалии, затерявшись в высокой траве, и Сыскарь, немного покрутив кусок металла в руке, кинул его левее, прощупывая границы аномалии. Раздался неожиданно громкий хлопок, и в голову прилетело что-то тяжелое. А затем наступила темнота.

***

— Эй! Парень! Парень! Ты как?

Что-то раздвинуло сжатые челюсти. В рот хлынул обжигающий глотку поток, и Сыскарь резко подорвался, судорожно закашлявшись.

— Всегда помогает, — криво улыбнулся сталкер, сидящий над Сыскарем.

Грубое, обветренное лицо со шрамом на всю правую щеку, прямо от уха. Видимо, именно из-за  шрама он криво улыбается. Потертый приклад «укорота», выглядывающий из-за плеча. Добротный, но уже выцветший камуфляж на плечах. Все то же, что и в баре.

— Так вот ты какой, Диверсант… — неожиданно хрипло произнес Сыскарь и машинально прокашлялся.

— А ты ожидал увидеть под капюшоном морду молодухи с волосами цвета «блонд»?

Сыскарь тяжело сел на обломок бетонного перекрытия. В голову словно раскаленное железо сунули, и сталкер болезненно схватился за лоб, наткнувшись на свежую повязку.

— Это в тебя болт так неудачно прилетел, — предупредил вопрос Сыскаря Диверсант, — хотя как знать, неудачно ли… мог ведь и убить.

Сухо потрескивал свежеразведенный костер в небольшом кармане под  обломками перекрытий на Барахолке. Над Зоной нависало темно-серое небо. Собирался дождь, радиоактивный, судя по трещащему на первые капли счетчику Гейгера. Где-то над Припятью посверкивали молнии, тяжелым грохотом раскатываясь по аномальной территории.

 Сыскарь осторожно достал из костра банку тушенки и принялся есть, обжигаясь горячими кусками говядины. Рядом стояла бутылка «Столичной»,  которой прикладывались то один, то другой сталкер. Эх, жаль, антирадиационные таблетки там, у «трамплина», остались. Судя по всему, выпали из кармана, когда он, Сыскарь, вырубился от болта, прилетевшего по башке, и упал. На Диверсанта и думать не хотелось. Все-таки, именно он вытащил Сыскаря из радиационного очага, да еще и первую помощь оказал. А ведь мог бросить там, среди «пропеллеров»…

Тушенка обидно быстро закончилась, и Сыскарь со вздохом отставил пустую банку. Что ни говори, а жратву в Зоне экономить надобно. Фиг его знает, на сколько Сыскарь в Тёмной долине зависнет. Так что, несмотря на то, что в рюкзаке консерв еще больше десятка, есть больше не рекомендуется.

Диверсант внимательно посмотрел на небо и произнес:

— Дождь надолго зарядил, тут укрываться небезопасно. Нальет лужу, тут-то мы радов и нахватаем. Давай в подвал спустимся. Там всяко надежней.

Сталкер быстро затоптал небольшой костерок и, накинув капюшон, выскочил под дождь, уже вовсю стучащий по земле и постройкам. Сыскарь выскочил следом. Счетчик Гейгера панически заверещал, и сталкер ускорил шаг, следуя за Диверсантом. На секунду вспыхнула молния, грянул гром. Сейчас он был уже гораздо ближе.

Деревянная дверь, закрывавшая проход в подвал, замка давно не имела. Точнее, стандартный замок был выломан, а вместо него была сделана примитивная задвижка в качестве защиты от мутантов.

Вскоре сталкеры уже сидели в подвале, по которому распространялось тепло от нового костра. Этот подвал явно был местом популярным, ибо в углу лежала куча заготовленных поленьев, а примерно в центре помещения камнями был выложен очаг, в котором скопился большой слой прогоревшей золы. Дым от костра уходил в дыру в верхней части двери. А через щель между рассохшейся дверной коробкой и бетонным полом внутрь обычно проникала вода, судя по характерным разводам на лестнице. Не замедлила она воспользоваться этим путем и на сей раз. Уже через пару часов на полу скопилась целая лужа.

— Откуда у тебя этот шрам, Диверсант? — спросил Сыскарь, вслушиваясь в шуршание перешедшего в ливень дождя, перемежающегося с потрескиванием костра.

— Несколько лет назад, когда я только попал в Зону и нашел свой первый нормальный ствол, вот этот, что сейчас рядом со мной лежит. Это случилось ровно через две недели после моего попадания сюда. В то время я еще отсчитывал дни в надежде однажды вернуться назад, к девушке, от обиды на которую я и ушел сюда. Однако Зона не отпускает своих рабов…

Диверсант зло поморщился, но вернулся к теме.

— Автомат я нашел возле разодранного псами трупа военного. Судя по всему, он был то ли дезертиром, то ли разведчиком… а может, просто не повезло ему. Автомат тот много чем залило и запачкало, но на то он и семьдесят четвертый АК, чтобы «выживать» в любых условиях. В общем, я его любовно почистил, смазал, и на радостях ломанулся в Тёмную долину. Набрался я тогда прилично…

Сталкер машинально провел по шраму на лице.

— И буквально на выходе из тоннеля нарвался на кровососа. Как услышал его рев, так весь алкоголь из головы мигом выветрился, и я дал деру обратно. Но от кровососа не убежишь. Когда я понял, что он всего в паре метров от меня и скоро обезглавит, я резко затормозил и присел. Кровосос, не ожидая такого поворота, споткнулся об меня и полетел на землю. А я открыл огонь. Первая очередь почти полностью ушла в стены и потолок. Руки дрожали от прилива адреналина. А пара пуль, клюнувших тело мутанта, только сильнее раздразнили его. Он встал и наотмашь лупанул мне по морде. Я успел немного отклониться, но один из когтей все же зацепил меня. Кровосос, посчитав меня трупом, коим я мог стать буквально через несколько секунд, подошел ко мне и начал готовиться к трапезе. И тут моя рука наткнулась на рукоятку травмата, заткнутого за пояс. Я не знаю, на хрена я его с собой в Зону потащил… но жизнь он мне спас однозначно. Когда кровосос наклонился надо мной, уже растопырив свои щупальца, я резко вскинулся, выдернул пистолет из-за пояса и выстрелил мутанту прямо в ушное отверстие. Пуля хоть и была резиновой, а мозг разворотила знатно. Тогда я с трудом нашел свой автомат во тьме туннеля, ибо фонарик был сорван с головы мутантом. В лагере меня чуть не пристрелили сначала. Еще бы: заляпанный кровью и грязью человек в изодранном комбезе, да с порванной в клочья щекой и с таким же окровавленным автоматом в руках. Однако, с трудом признав во мне меня, сталкерня принялась оказывать медпомощь. Лицо они мне собрали, но пластических хирургов там не было, поэтому теперь морда у меня такая кривая. А гильзу ту я сохранил и с тех пор ношу как талисман. Вот она. — сталкер достал из-под комбинезона блестящую начищенной латунью гильзу.

— Я ее постоянно начищаю. Ибо только в начищенном виде она приносит удачу.

Диверсант вновь криво ухмыльнулся, потом прислушался и сказал:

— Гляди-ка, а дождь-то уже кончился! Неправ я был, старею, видать…

И вправду, ручеёк, текший по ступеням, уже исчез, оставив после себя влажную дорожку да небольшую лужу под лестницей. От лужи немного фонило, но не настолько, чтобы принести серьезный ущерб сталкерам за короткое время.

Закатное солнце окрасило очистившееся от туч небо в самые разнообразные цвета. Тут был и красный, и желтый, и даже зеленый с голубым откуда-то взялся. И все это мозаикой отражалось на ржавых обломках, заполонивших Свалку, на земляных кучах, в свежих лужах, еще блестящих чистой водой, на куцых кустиках вечной осени.

Диверсант недовольно посмотрел на очистившееся небо и поправил автомат на плече. А затем бодрым шагом двинулся к рощице, видневшейся впереди. Сыскарь безропотно последовал за ним.

 

 

Глава 2

Спасательная операция

 

— Что?!

Этим возгласом Сыскарь ответил на слова Рога, главы группы, заявившего, что Ведьмак вместе с тремя поисковиками перестал отвечать на вызовы. Ушел в лабораторию, тут связь и обрубило. Хотя сталкеры поставили на этажах ретрансляторы, и связь должна быть устойчивой.

— Какого рожна вы ночью в лабораторию поперлись?!

— А в лаборатории что день, что ночь — все одно, освещение не меняется. Ночью зато сюда не суются никакие болваны вроде вас, — невозмутимо ответил Рог.

— Нам срочно нужен Ведьмак!

— Ну так вперед! Дверь в лабу разблокирована.

Сыскарь хотел было возразить, но его остановил Диверсант:

— Хорошо. Показывайте путь, — и, обернувшись к Сыскарю, опередил его вопрос, — У меня перед Ведьмаком должок давний. Хочу отдать…

Сыскарь и Диверсант в сопровождении двух сталкеров спустились в подвал здания. Один из сопровождающих ухватился за колесо гермозатвора и с усилием прокрутил его, затем потянув на себя. Дверь неожиданно открылась почти без скрипа.

Внутри царила темнота, разгоняемая лишь в одном месте оранжевым светом засиженной мухами аварийной лампы. Пришлось зажечь фонари.

Входом в лабораторию была на первый взгляд ничем не примечательная дверь с надписью «Осторожно, убьет!». Видимо, на случай прорыва строители подстраховались и здесь: вломишься, а тут ничего. Только «картонная» дверь в электрощитовую…

Вниз вела крутая лестница, покрытая ржавыми разводами от воды, капающей с труб под потолком. Первым пошел Диверсант. Луч его фонаря заскакал по полу, видневшемуся внизу. Затем пошел Сыскарь. Пол был влажным и скользким, поэтому необходимо было ступать осторожно.

Звук захлопнувшейся двери и скрип колеса гермозатвора эхом разнеслись по подземелью. Сыскарь едва не поскользнулся, но в последний момент успел ухватиться за какой-то провод, шедший по стене. «А ведь они не думают, что мы вернемся…», мелькнула мысль.

Минус первый этаж лаборатории представлял собой лишь тамбур на пути вниз. В центре помещения находился сломанный лифт, за ним виднелся дверной проем, бледно-оранжевым от света аварийной лампы прямоугольником выделявшийся на темном фоне. Диверсант, недолго думая, последовал туда. Сыскарь пошел за ним.

Минус второй был засорен различными предметами, но в плане живых существ также был пуст. По крайней мере, в «холле» этажа. Диверсант жестами предложил разделиться, Сыскарь кивком согласился и пошел направо. Диверсант направился в левый коридор.

В коридоре лежал обгоревший труп сталкера, недалеко от него — нечто человекоподное, лишенное ног. Полтергейст, что ли?..

Неожиданно впереди раздалась отчаянная стрельба, и Сыскарь со всех ног бросился туда. Вылетев из-за поворота, сталкер едва не снес с ног бойца в бронежилете поверх классической «Зари» и с «Абаканом» в руках. Автомат содрогался от очередей, вылетающих в темноту коридора, будто ожившую и пышущую злобой.

В следующую секунду рядом из темноты вылетел человеческий силуэт, странным образом сгорбленный. Ведьмак перенес на него огонь, но тут затвор сухо щелкнул, оповещая об опустевшем магазине. Ведьмак с ненавистью бросил автомат на пол и выдернул из кобуры пистолет. Вторая уже сжимала широкий боевой нож, больше похожий на тесак.

Сыскарь вскинул свой «Бизон» и дал длинную очередь, сшибая снорка с ног. Ведьмак удивленно обернулся на неожиданно возникшую подмогу и встал в оборонительную стойку, готовясь принять на лезвие любого противника.

Снорк вскочил на лапы, и Сыскарь дал еще одну очередь. Несколько пуль попали мутанту в голову, разрывая ее на части, однако старая резина противогаза не позволила ошметкам разлететься. Снорк тяжело грохнулся.

Ведьмак наклонился, подобрал автомат и, повесив его за спину, подобрал четыре магазина, лежавших на полу.

— Спасибо тебе, брат, от смерти спас! При случае отплачу. А теперь вперед надо продвигаться, туда Вася и Кронштейн направились через боковой вход. Я вот напарника своего не уберег, Лора. Полтергейст, сука, неожиданно атаковал…

Сталкер снял с плеча еще один АК, и Сыскарь мимолетно удивился: зачем Ведьмаку два автомата под один патрон? Тем более, под закончившиеся патроны.

Ведьмак, словно прочитавший мысли сталкера, объяснил:

— Это АК-102. Под патрон НАТО сделанный. Лор им вооружен был… — лицо сталкера помрачнело. — Ладно, пошли.

Ведьмак направился в коридор, на ходу доставая из кармана подобранную здесь же гильзу. Секундой позже впереди вспыхнул столб «жарки», и сталкер, не останавливаясь, обошел его вдоль стены. Сыскарь молча проследовал за ним. Впереди вспыхнула еще одна аномалия.

Пот лился ручьем, а воздух делался все более горячим. Неожиданно справа показалась дверь, и Сыскарь с облегчением шагнул туда в надежде найти более холодное помещение. За этот шаг сталкер едва не поплатился жизнью.

В воздухе летал сгусток пламени, похожий на огненного полтергейста. Однако столбы пламени из воздуха не возникали. Но это не делало воздух в комнате менее горячим, нежели в коридоре. Сыскарь почувствовал, как начинают тлеть брови и ресницы.

Нечто схватило сталкера за шиворот и выдернуло из комнаты, превратившейся в печь. Это оказалась рука Ведьмака. Он коротко выругался и продолжил движение.

Неожиданно в конце коридора появился силуэт сталкера. Его было не разобрать сквозь марево и дым. Силуэт поднял руки, и в следующую секунду в коридоре загремели выстрелы. Ведьмак рывком лег на землю, увлекая за собой Сыскаря.

— Это винтовка Кронштейна! Это он! — громким шепотом сказал сталкер и хрипло прокричал, — Кронштейн! Это я, Ведьмак! Не стреляй!

В винтовке тем временем закончились патроны, и силуэт принялся перезаряжаться. А затем снова открыл огонь. Короткие очереди словно захлебывались, заканчиваясь громким лязгом. Пули вбивались в плитку, которой был покрыт пол, и с визгом рикошетили. Ведьмак резко встал и рванулся назад, оббегая аномалии. Кронштейн дал прицельную очередь, но Ведьмак резко рванулся влево, укрывшись в комнате с летающим сгустком огня. Сыскарь не выдержал и открыл огонь, длинной очередью перечеркивая силуэт Кронштейна на уровне живота. Он резко согнулся, но не упал, а метнулся за угол.

Ведьмак выскочил из второй двери в конце коридора. Спина у него горела. Сталкер упал на пол и принялся кататься, пытаясь сбить пламя. Сыскарь торопливо собрал в горсть несколько свежих гильз, бросил их кучей вперед и метнулся между активных аномалий, приближаясь к Ведьмаку. Тот уже потушил спину и встал на ноги.

— Ты зачем огонь открыл, дурья твоя башка?! — заорал сталкер. — Какого хрена?!

— Он в меня чуть не попал! Несколько пуль в сантиметрах пролетели! — раздраженно ответил Сыскарь. — Я что, подохнуть должен был, что ли?

Ведьмак мгновенно остыл.

— Да, ты прав. Ты абсолютно прав… так, все. Вперед, выясним, какого хрена Кронштейн в нас стрелял.

Сталкер четко, на носках развернулся и пошел вперед. Было видно, что, хотя он успокоился внешне, внутри него злость все еще кипела.

Из-за угла донеслось несколько пистолетных выстрелов, и Ведьмак рванулся туда. Там лежало два трупа, рядом с ними был Диверсант, который, медленно отползая назад, отстреливался от полтергейста из АПС. «Укорот» волочился за сталкером, ремнем привязанный к кисти. Камуфляж на животе был бурым от крови, от конца коридора тянулась «дорожка» из капель.

Ведьмак выругался и короткой очередью прикончил полтергейста. Из огненного сгустка выпало безногое человекоподобное создание.

Сталкер подошел к Диверсанту, который положил пистолет на пол и зажимал руками рану на животе.

— И какая чернобыльская, сука, сорока тебя сюда принесла, отродье псевдособачье? — сквозь зубы прошипел Ведьмак, целясь из автомата в голову Диверсанту. Тот глазами, наполненными болью, смотрел в бездонно-черный глаз ствола.

— Ведьмак… слушай, все расскажет Сыскарь… помоги мне…

— К черту! Тратить драгоценные медикаменты на дерьмо — весьма неэкономно. Проще потратить 4 грамма свинца. Дешевле выйдет.

— Погоди, Ведьмак! Диверсант мне жизнь спас! Если не хочешь тратить на него медикаменты, этим займусь я, — вмешался Сыскарь.

Ведьмак злым и немного брезгливым взглядом посмотрел на него, повесил АК-102 на шею и отошел к стене, опершись на нее спиной и как бы невзначай положив руки на автомат.

Сыскарь снял рюкзак и, достав оттуда армейскую аптечку, вколол Диверсанту обезболивающее, а затем, осторожно задрав камуфляж, разрезал свитер и тенниску и принялся за извлечение пули. Это умел делать каждый сталкер.

***

Спустя час они поднялись на поверхность. Трупы Васи и Кронштейна еще в лаборатории предали аномальному огню, а Диверсанта подняли наверх. Ведьмак был все же нормальным сталкером и помог донести раненого, хотя было видно, что этого делать ему категорически не хотелось.

Диверсантом занялся полевой медик диггеров, а Ведьмак с невозмутимым лицом отправился спать. Ему было наплевать на судьбу Диверсанта. Сыскарь же, получив в ответ на просьбу о нескольких вопросах посыл куда подальше, уселся рядом с другими сталкерами у костра, думая, что делать. До казни оставались всего сутки.

Однако кое-какие зацепки были. Медик диггеров, заодно осмотревший рану Сыскаря на лбу, сказал, что такое рассечение вряд ли было следствием попадания болта. Это было что-то более мелкое и менее твердое…

 

 

Глава 3

Туманные перспективы

 

Утро было мрачным и туманным. За ночь Сыскарь пригрелся у костра, и потому мгновенно продрог, едва выйдя из ангара. Основной диггерский состав сидел в здании, снаружи стояло лишь несколько часовых, постоянно ходивших туда-сюда в надежде согреться.

Нужно было разработать дальнейший план. До казни всего день, а у Сыскаря не было никаких зацепок. Нужно было искать, но на это не было времени…

Тащить с собой Диверсанта сталкер не решился: все-таки он был еще слишком слаб, хоть и лечился артефактами.

Сзади тихонько подошел Ведьмак, негромко кашлянул, привлекая внимание.

— Ты это… спасибо за вчерашнее. Ты мне, можно сказать, жизнь спас.

Сыскарь кивнул.

— Я слышал, ты ищешь истинного виновника смерти Еремина. Я помогу тебе его найти.

Ведьмак помолчал.

— Дело в том, что я после того случая в деревне новичков — Ведьмак непроизвольно поморщился — начал искать вещество, которым меня Диверсант траванул. Искал я долго и буквально недавно нашел в Х18 документы о сторонней лаборатории, занимавшейся разработками новейших химических средств. Вот оттуда, судя по всему, и произошла та хрень, которой меня попотчевали. Лаба эта, согласно документам, находится где-то на Болотах, но где точно — толком непонятно. В документах, правда, указывался ориентир — церковь, так что, судя по всему, вход в лабораторию находится недалеко от этой самой церкви. Но на Болотах я толком ни разу не был, только однажды прошел по краю, уходя от бандитов. Я к чему веду — может, нам к тропникам обратиться? У меня там контакты есть... а у тебя теперь есть собственный интерес. Вдвоем же идти будет веселее и несколько безопаснее. По рукам? — и Ведьмак протянул Сыскарю руку. Тот, секунду помедлив, пожал ее.

— Тогда выходим через пять минут. Я вещи соберу…

Сыскарь кивнул и прислонился к штабелю плит перекрытий. У него-то все было готово к походу…

Ведьмак появился уже через пару минут. На плече его висел «Абакан», к рюкзаку был приторочен АК-102, в кобуре покоился «Грач». Ведьмак кивнул Сыскарю, и тот, отлепившись от бетонных плит, пошел рядом.

Спустя десять минут за ними вышла фигура в выцветшем камуфляже с укороченным АКС-74у на плече.

***

На Болота прошли через Кордон. Дошли чисто, без инцидентов. В такое поганое утро даже мутанты старались не вылазить на улицу без надобности. Не говоря уже о различного рода отребье, гордо называющем себя «реальными пацанами».

Болота встретили сталкеров утренним туманом, пробирающим до костей ветром и бледным солнцем над горизонтом. Сыскарь, еще в Темной долине сильно продрогший, на Болотах начал кашлять и сморкаться. Отвык он от такой дерьмовой погоды…

Пост тропников встретил их в северной деревне. Раньше она была постоянно занята отребьем — ренегатами, но после ухода «Чистого неба» смысла оставаться здесь им не было, и они ушли в другие места до реформирования клана. А когда захотели вернуться, им дали такой отпор, что Болота быстро прослыли в бандитской среде гиблым местом, и соваться туда на постоянной основе перестали, хотя мелкие отряды все еще прохаживались по территориям, перехватывая небольшие группы.

Командир быстро отрядил для сталкеров проводника на основную базу — именно там сейчас находился знакомый Ведьмака. Пройти предстояло много, поэтому им дали небольшую передышку, устроив у костра.

Переход через Болота тоже прошел по большей части спокойно, если не считать громких чиханий и самозабвенного кашля Сыскаря, судя по всему, подхватившего простуду, да одного кабана, попытавшегося напасть из кустов.

И вот уже сама основная база. Знакомым Ведьмака оказался Метроном — замечательный проводник и человек, стоявший у истоков клана. Правда, выглядел он грустным, несмотря на встречу с давним приятелем.

— У меня клиент один пропал… бывший армеец, получивший две пули в легкое во время операции на Радаре. Просил меня провести его к Доктору. Но в назначенное время не пришел. Люди говорят, видели его на севере Болот перед закатом. А ночью у нас тут сам знаешь, что творится — чертов колокольный звон. Мы-то от него более-менее научились закрываться, а вот он вполне мог попасть под его влияние… а жаль — хороший был мужик…

Сыскарь переглянулся с Ведьмаком. Источником колокольного звона, в теории, могла быть только церковь, поэтому желания идти к ней резко убавилось. В конце концов, у обоих были кровные дела, которые обязательно надо было закончить.

Метроном, слету определив опасения сталкеров (что вряд ли было хоть сколько-нибудь трудно), заверил их, что днем церковь неопасна, и там даже останавливаются на привал некоторые группы. Но только днем.

Пока Ведьмак договаривался о разных тонкостях, Сыскарь думал о том, насколько же они правильно сделали, что вышли ранним утром. И хотя теперь времени у них оставалось от силы часов восемь, этого должно было при некоторой доле везения хватить на обыск лаборатории.

***

Получасом спустя

Тяжелая амбарная дверь со скрипом распахнулась, впуская в давно не видевшее дневного света помещение солнечные лучи и легкий ветерок. В воздух взлетели облака пыли, отчетливо виднеясь в лучах света.

Длинная тень легла на освещенные участки помещения. На фоне светлой улицы отчетливо выделялся человеческий силуэт. Пару секунд спустя человек включил мощный налобный фонарь, и белый искусственный свет залил помещение, отбрасывая длинные пугающие тени. Первый сталкер вошел внутрь, а солнечный свет перегородил второй.

Сыскарь запустил таймер на наручных часах, активировавшийся с тихим писком, и негромко произнес:

— Итак, теперь у нас есть семь часов на то, чтобы найти то, что нам нужно, а затем — два часа, чтобы свалить от церкви на безопасное расстояние.

Ведьмак молча кивнул и, увеличив мощность фонаря, медленно двинулся вперед.

В пятне света появлялись и исчезали запыленные станки, деревянные заготовки, кучи опилок. В одном из углов лежала куча прогнившего сена. При каждом шаге из-под ноги вылетало облачко древесной трухи или мелкой пыли. Все это явно намекало на то, что сюда давно никто не захаживал. Странно… ведь это замечательное укрытие от Выброса. Его вполне могли использовать члены «Чистого неба». Но не использовали. Странно…

Наконец сталкеры добрались до дальнего конца помещения. Перед ними предстала погнутая ржавая гермодверь. Видимо, дверь некогда была поражена какой-то аномалий, вполне возможно, временной (о чем говорил чистый, нетронутый скелет в истлевшей одежде слева от двери). А может, дверь просто не выдержала почти десятилетнего испытания влагой. Хрен знает.

Ведьмак ухватился за щербатые, сыплющиеся края двери и изо всех сил потянул ее на себя. Дверь с натужным скрипом сдвинулась на несколько сантиметров, а затем стала намертво.

— Сыскарь! Помоги! — выдавил Ведьмак, хрипя от натуги в попытках сдвинуть дверь еще немного.

Сыскарь кивнул, секунду оценивал обстановку, а затем бросил «Отойди!» и вскинул «Бизон». Ведьмак послушно отпрянул, зацепив ногу скелета, и злобно выругался. Сыскарь же секунду целился, а затем двумя короткими очередями разбил ржавые петли, обнажившиеся под давно осыпавшимся бетоном стены. После этого дверь довольно легко сдвинулась с места, опрокинувшись на сталкеров, приложивших небольшое усилие.

В лабораторию вел наклонный пандус, в нескольких метрах внизу закрытый массивными воротами, а левее — крутая лестница. Ее конец терялся в черном зеркале воды, изредка тревожащимся каплями, падающими с потолка.

— Да-а… похоже, нас ожидает увлекательное путешествие по полузатопленным пещерам рукотворного происхождения, — прокомментировал Ведьмак сложившееся положение. Сыскарь лишь едва слышно выматерился. Хрен знает, что там, под водой, обитать может и какая там вообще глубина.

— Ну что, пошли? — рассеянно спросил Ведьмак и стал на первую ступеньку. Она оказалась очень скользкой. И сталкер с громким матом покатился по лестнице вниз. Спустя пару секунд раздался всплеск.

— Ведьмак?.. — вопросительно крикнул Сыскарь, опасаясь ступать на скользкую лестницу.

Снизу донеслось громкое фырканье, а потом знакомый голос проорал тираду, конец которой был примерно таким:

— …мать твою разтак и разэтак, да чтоб тебя да об левую стену, еперный цирк шапито, блин… весь комок вымок…

— Ведьмак, ты живой там?

— Да живой я, только холодно, блин, так что ненадолго, чувствую. Спускайся очень осторожно, тут навернуться на раз-два можно!

Сыскарь ухватился за ржавую трубу, висящую под потолком, и стал осторожно спускаться. Несколько раз ноги его начинали ехать, но труба всякий раз спасала от падения.

Наконец Сыскарь достиг водной глади, из которой чуть выше колен торчал мокрый и злой Ведьмак, осторожно потрогал ее носком сапога. Это было, фактически, рефлекторное движение, никак не связанное с примерным определением температуры воды.

— Давай полезай уже, чего стоишь! Леденющая, можешь не проверять, — злобным голосом произнес шедший первым сталкер.

Сыскарь осторожно окунул одну ногу, шагнув сразу на две ступеньки, а потом — и вторую. А затем прошел еще дальше. Холод заставил мышцы пресса напрячься, а зубы — сжаться, но сталкер сделал еще шаг. И ступил на пол.

Теперь оба товарища стояли в воде, напряженно вслушиваясь в звенящую после произведенного при спуске шума тишину лаборатории.

Где-то в глубине постройки капала вода, эхом разносясь по помещениям. Этот равномерный звук, единственный среди мертвой тишины, доводил до умопомешательства. Словно под Выжигателем…

Сыскарь встряхнул головой, поудобнее перехватил «Бизон».

— Ну что, пошли, что ли?

Ведьмак молча кивнул, и они двинулись вперед. Хлюпанье воды от шагов сталкеров било по ушам не хуже артиллерийского залпа. Со всех сторон чудились странные звуки, в каждой тени мерещился мутант.

Наконец коридор закончился, и сталкеры попали в большой ангар. Бетонный свод, покрытый трещинами, из которых кое-где сочилась вода, нависал над головой на высоте примерно метров семь-восемь. Примерно на середине ангара было возвышение, на которое выходил пандус. В стороны от возвышения, на своеобразные «стоянки», расходились съезды. В трех из четырех «стоянок» было пусто, в последней же стоял КамАЗ со странной конструкции кузовом: большой решеткой, разделенной на стоящие в два ряда камеры дверцами наружу. КамАЗ был затоплен по лобовое стекло.

Сталкеры выбрались на возвышение, где воды не было. Ведьмак зло сплюнул на влажный от протекающего потолка бетон.

— Черт, тут холодно! Так и пневмонию подхватить недолго, — передернув плечами, пожаловался он.

— Тогда не надо рассиживаться, а углубиться в саму лабораторию, — ответил Сыскарь и внимательно осмотрел ангар. В углу пандуса, ведущего на поверхность, через стекло небольшого помещения, бывшего, видимо, диспетчерской, светила красная тревожная лампа.

— Предлагаю начать оттуда, — произнес Сыскарь и направился к полуоткрытой двери в диспетчерскую.

Глава 4

Стоячие воды

 

Луч фонаря пятном расползся по водной глади. Вода ритмично всплескивала, реагируя на очередной шаг сталкеров.

Эта часть лаборатории, затопленная больше чем на метр, представляла из себя плачевное зрелище. На поверхности воды лежали, почему-то не размокая, различные документы, изредка сдвигаясь из-за упавшей рядом капли. Кое-где плавали трупы, как в военной форме, так и в белых и зеленых халатах. Из-под воды торчали (а кое-где были видны почти полностью) различные лабораторные приборы.

Сыскарь глухо выругался. Идти по пояс в воде четвертый час кряду было утомительно. В диспетчерской они нашли графики завоза различных препаратов и их исходных ингредиентов,  подопытных, а также график смен научного персонала. Согласно этим документам, создание препаратов проводилось в лаборатории №3. По карте, висевшей здесь же, в диспетчерской, и впоследствии силой выдранной со стенда и упакованной в карман рюкзака, лаборатория располагалась этажом ниже, что вызвало поток ругательств со стороны сталкеров. Однако на деле оказалось, что дверь, ведшая на нижний уровень, была загерметизирована, а потому лаборатория затоплена не была.

Пароль для гермодвери подбирать не пришлось: он нашелся здесь же, у двери, записанный на плавающей рядом с трупом в форме охраны бумажке. Видимо, охранник не успел укрыться в лаборатории от какой-то угрозы, попытался ввести код, но то ли не успел, то ли система, будучи в режиме тревоги, не приняла код. Сталкеры искренне надеялись, что первое.

Внизу их ждал неприятный сюрприз — пол уровня был покрыт водой примерно на десять сантиметров, однако с продвижением вперед уровень пола все понижался и понижался. Видимо, где-то в потолке лаборатории была пробита дыра, и течи затапливали не помещение уровнем выше, а саму лабораторию.

И теперь они с Ведьмаком который уже час вели поиски документов по препарату под кодовым названием «САБ» (стимулятор агрессии боевой) или, если повезет, образец самого препарата.

Пятно фонаря осветило очередной труп в белом халате, и Ведьмак зло выругался.

— Который час мы уже в этой воде бродим? И хрен знает, где искать!

Сыскарь лишь хмурился, поглядывая на таймер. Времени оставалось довольно мало.

Фонарь выхватил из темноты тележку с препаратами, торчавшую из воды лишь верхней частью. Ведьмак было радостно воскликнул, но, увидев на баночке выцветшую надпись «Физраствор», снова сдулся.

Вскоре лаборатория была осмотрена практически полностью. Однако ни каких-либо препаратов, ни следов пребывания здесь Диверсанта не нашлось. Можно было, конечно, попробовать поискать еще и под водой, но, во-первых, она была мутная, во-вторых, холодная. Ну и в третьих — времени оставался буквально час.

Таймер пискнул. Сыскарь зло сплюнул в воду и произнес:

— Все, сворачиваться пора. Тут мы больше ничего не найдем…

Сталкер достал карту из непромокаемого кармана рюкзака и вновь принялся рассматривать ее, теперь уже в поисках ближайшего выхода. Им повезло: такой выход был в одном из дальних концов лаборатории, как раз еще не исследованных. Сыскарь ткнул пальцем в карту, указывая Ведьмаку на аварийный выход, и двинулся вперед.

Выход представлял из себя простой герметизированный люк, вынесенный в отдельный шлюз. Судя по всему, им так и не воспользовались — под лестницей плавали фрагменты человеческого скелета. Сыскарь потряс лестницу, опасаясь, что та заржавела и развалится под его весом, однако, удовлетворившись ее прочностью, начал подъем.

Люк поддался не с первого раза, а когда поддался, вниз хлынул и тут же оборвался поток воды, залив Ведьмака, стоявшего внизу, и вызвав несколько нелицеприятных отзывов о Сыскаре. Сам же Сыскарь уже выбирался на поверхность.

Наверху смеркалось. Солнце уже зашло, и земля укуталась в сумеречную темень. Сыскарь огляделся, пытаясь определиться с собственным местонахождением. Зацепившись взглядом за смотровую вышку, Сыскарь радостно воскликнул и, подав руку выбиравшемуся Ведьмаку, направился в сторону рыбацкого хутора, находившегося южнее вышки.

***

Мерно потрескивал костер, колебались тени в его неверном свете, тихо звучал гитарный перебор. Где-то вдали едва слышно переливался звон колоколов. Говорят, эти колокола сводят с ума. Но тропники поделились способом борьбы с этим эффектом…

Сыскарь сидел у самого костра, пытаясь прогреться и поминутно вытирая нос. Никогда не блистав здоровьем, из-за холодной воды в подземелье он подхватил насморк. А сейчас к переохлаждению добавилась мокрая одежда, холодившая кожу под порывами ночного ветра. Сталкер громко высморкался на землю и плотнее закутался в спальник, пытаясь хоть как-то сэкономить тепло.

Из ближайшего дома вышел Ведьмак, подошел к костру, присел рядом с Сыскарем.

— Тоже не спится? — спросил он. Сыскарь кивнул.

Ведьмак помолчал.

— И что ты теперь будешь делать? Казнь уже завтра…

Сталкер пожал плечами и вновь попытался закутаться плотнее. Ведьмак достал из кармана рюкзака бутылку водки и поставил рядом с Сыскарем. Немного посидел, греясь от костра, а затем направился назад, досыпать.

 

 

Глава 5

Смертный приговор

 

— …за вышеописанное преступление, совершенное двое суток назад на территории Бара, сталкер Стилет приговаривается к смертной казни через расстрел! Приговор привести в исполнение немедленно.

Долговский «глашатай» стоял перед бруствером оборонительного рва со вкопанными кольями из арматуры, на некоторых из которых висели смердящие трупы слепых псов, по-позерски выставив руку с листком, и хорошо поставленным голосом зачитывал приговор. Стилет стоял на самом бруствере. Руки его были связаны за спиной, а взгляд уже омертвел. Сталкер смирился со своей смертью. Он поднял глаза на Сыскаря, стоящего в первом ряду зевак, и пробормотал:

— Не виноват я, хлопцы… Не виноват…

Стилета развернули ко рву лицом, приставили к голове пистолет. Раздался крик «Залп!», прогремел выстрел. Тело упало в ров, прямо на колья. Завыли находящиеся недалеко собаки.

Сыскарь отвернулся, не в силах вынести смерть друга, и стал продираться сквозь собравшуюся толпу. Уже на пути к Бару его догнал Ведьмак.

— Ты это… Сочувствую. Но мы ничего не могли сделать…

Сыскарь лишь кивнул. Ему очень хотелось напиться.

Бармен кивнул, и вскоре перед сталкерами появилась бутылка и тарелка с закусью.

***

— У-у, ч-чертов мудак! Кто ж так Стилета… подставил… а?..

Сыскарь тщетно пытался сохранить вертикальное положение за столом, хватаясь за столешницу. Ведьмак, почти не пивший, в очередной раз подхватил его, не давая упасть.

— Спокойно, Сыскарь… найдем мы его. Обязательно найдем. Обязательно…

Неожиданно КПК в кармане Сыскаря зажужжал, оповещая о пришедшем сообщении. Сыскарь попытался достать его, однако, потеряв одну из точек опоры на стол, зашатался и рухнул. Оставаясь на полу, извлек наладонник и включил мессенджер.

«Надо встретиться. Есть новые подробности. Через два часа. Лагерь за барахолкой. Диверсант».

Сыскарь мгновенно протрезвел, встал, еще немного пошатываясь, бросил на стол смятую купюру и направился к выходу, ступая все увереннее и увереннее.

Переходя через ров, Сыскарь не выдержал и бросил взгляд на место казни. Толпа уже рассосалась, и из свидетельств недавнего происшествия было только тело друга. Тело, которое начинали обгладывать собаки. Где-то внутри Сыскаря заклокотала ярость. Он сорвал с плеча «Бизон», вскинул его и открыл огонь по мутантам.

Очнулся он лишь тогда, когда Ведьмак влепил ему смачную пощечину. Пистолет-пулемет уже давно щелкал вхолостую, а рядом с телом лежала одинокая собака, истерзанная пулями. Сыскарь встряхнул головой, сменил магазин оружия и, спрятав подрагивающие руки в карманы комбинезона, продолжил путь, стараясь не смотреть на ров.

Пройдя через блокпост на границе Свалки, сталкер быстрым шагом — Ведьмак едва поспевал за ним — направился к барахолке.

Все так же гудели аномалии перед холмом, за которым начиналась Темная долина. Все так же серели камни на выцветшей желтоватой траве. Изредка всплескивала под порывами ветра вода. Одинокий силуэт сидел на камнях. Диверсант явно никого не боялся.

Сыскарь подошел с сталкеру, уселся на камень напротив. Ведьмак остановился за спиной Диверсанта, явно не желая лишний раз пересекаться с ним взглядами. Диверсант усмехнулся.

— Ну привет… Сыскарь.

Сыскарь кивнул.

— Как поживаешь? — продолжал нахально улыбаться Диверсант.

Сыскарь не понимал, в чем дело. Еще день назад Диверсант был всей душой помочь ему в деле поиска улик, а сейчас издевается над ним?

— А то ты не знаешь?! — взорвался сталкер. — Стилета расстреляли два часа назад, в лаборатории никаких улик не нашлось!

Немного успокоившись, Сыскарь продолжил.

— Ты говорил, у тебя есть информация.

Диверсант вновь неприятно ухмыльнулся.

— Конечно, есть. Еще какая… Это я спровоцировал Стилета.

Сыскарь замер с открытым ртом. Он не мог, просто не мог в это поверить!

А Диверсант продолжал.

— Это я выстрелил тебе в голову из своего травмата двое суток назад на этом же самом месте. Это я стрелял в вас в лаборатории, а потом выстрелил себе в живот, чтобы сымитировать нападение зомбированного. Это я тогда подкинул тебе ту вещицу, — произнес Диверсант, слегка повернув голову к Ведьмаку. — И это я спровоцировал Стилета на убийство долговского капитана.

Сыскарь был в растерянности. В нем бушевала буря эмоций, от полной апатии до безудержной ярости. Эти эмоции разрывали сталкера на части.

— Но… зачем?..

Диверсант ухмыльнулся еще шире.

— Зачем? Это же так увлекательно — управлять жизнями других! Ты даже не представляешь, насколько это…

Сыскаря вновь захлестнула волна ярости. Кровавая пелена застила взор. Он выхватил из кобуры ПМ и, вскочив с камня, открыл огонь. Пули одна за другой входили в тело засмеявшегося Диверсанта, опрокидывая его назад, на спину.

Сыскарь опустил пистолет и подошел к лежащему на земле сталкеру, на ходу меняя магазин. Краем глаза он засек движение Ведьмака, явно ошеломленного таким исходом и схватившегося за свой автомат.

Диверсант лежал на земле, пуская кровавые пузыри. Струйка крови стекала из уголка его рта. Живот и грудная клетка были продырявлены восемь раз. Шансов выжить у сталкера не было. И тем не менее он смеялся. Смеялся дьявольским смехом мертвеца. Его смех был похож на предсмертные конвульсии. Однако Сыскарь знал, что Диверсант смеется.

Диверсант зашевелил губами, и неожиданно громкий и сильный голос произнес:

— Жизнь… лишь… игра-а...

Сыскарь поднял пистолет и прострелил Диверсанту голову.

 

 

Эпилог

 

Сыскарь сидел на корточках перед крестом, вкопанным в землю в случайном месте. Этот крест символизировал могилу Стилета, чьи кости растащили псы. Для посмертной реабилитации сталкера долговцам не хватало доказательств… однако Сыскарю они не были нужны. Он знал правду.

— Ты прости меня, Стилет… прости… не спас я тебя.

Сталкер налил в стоящую под крестом рюмку немного водки, накрыл ее хлебом и выпил свою. В КПК Диверсанта, по счастливой случайности уцелевшему при его убийстве, Сыскарь не нашел ничего интересного — единственным, что выбивалось из стандартного ПО, было странное приложение-кодер, не отвечающее ни за что. Сталкер так и не смог разобраться с этим приложением… Тайна Диверсанта ушла в могилу вместе с ним.

Ведьмак, удовлетворив свою потребность в мести, пусть и не своими руками, вернулся к диггерам и, по слухам, даже нарыл там что-то очень интересное. Но Сыскарь с ним больше не пересекался.

Могилу Стилета Сыскарь устроил подальше от Бара, на глухой окраине Кордона. И приходит туда каждую неделю. И извиняется за то, что не спас напарника. А на холме за ним стоит, смотря в бинокль на него, сталкер с пробитой в восьми местах грудью и простреленной головой…

***

Капсула виртуальной реальности коротко пискнула и открыла глухую крышку. Леонид по прозвищу Игрок щелкнул зажимом, отстегивая от головы менто-шлем, и вылез из капсулы, разминая затекшее тело. Вокруг снова была лаборатория виртуальной реальности со стенами сероватого цвета, столами, заставленными множеством приборов, консолями, встроенными в стену, и еще несколькими капсулами, стоявшими рядом  с другими рабочими местами. Сейчас большинство консолей было вырублено, лишь мигали огоньки рядом с капсулой Олега да его собственной капсулы. Леонид усмехнулся. Опять заработался Олежка со своими «виртуальными фильмами»…

Щелкнув несколькими тумблерами, Леонид завершил симуляцию, стер все ее итоги, предварительно сохранив для отчетности итоги тестов, отключил питание своей капсулы и направился к выходу из лаборатории.

Пройдя в комнату отдыха, Леонид ткнул в пару сенсоров кофе-машины и в ожидании своей порции щелкнул пальцами и скомандовал:

— Открыть ставни!

Пластинчатые жалюзи, закрывавшие окна, сложились, впуская в комнату отсветы ночной иллюминации города. Леонид покачал головой. Опять заработался допоздна… но да ладно, главное, что теперь тесты были полностью завершены.

Кофе-машина пискнула, Леонид вынул из-под нее кружку и направился к своему любимому креслу, поставленному перед окном с видом на город. Усевшись, устроился поудобнее, отпил из кружки и погрузился в воспоминания о прошедшем дне.

Леонид работал тестером в частной лаборатории искусственного интеллекта, занимавшейся в основном частными заказами. Вот и сейчас лаборатория выполняла заказ то ли для новостного телеканала, то ли кому-то еще из той же сферы. Леонида это мало интересовало. Его интересовали лишь параметры, которыми должен обладать ИИ и которые необходимо проверить. Он был тестером высшей ступени с правом полной программации тестов. Чем и занимался уже на протяжении недели.

С детства любимой игрой Леонида был S.T.A.L.K.E.R. Небольшой постапокалиптический мирок, из которого всегда можно сбежать на Большую Землю. Мирок со множеством переменных, констант и закономерностей. И именно этот мир Леонид выбрал в качестве тестового для искина. Ведь одними из главных требований для него была многозадачность, возможность продолжительное время управлять различными процессами и при этом иметь возможность имитировать человека, то есть — обладать человеческими качествами и логикой. Красиво, не правда ли? — человек, лишенный влияния человеческого фактора…

Прописав для искина мир Зоны, Леонид запустил ускоренную симуляцию и время от времени входил туда через виртуальную реальность, от лица выбранного сталкера наблюдая за изменениями в мире. За неделю ИИ прогнал Зону через семь лет существования. И на шестом году Леонид начал непосредственные тесты на обладание человеческими качествами и логикой. Для этого он оставил в коде симуляции лазейку для себя, в симуляции являвшуюся сторонней программой на КПК, с помощью которой он мог изменять поведения отдельно выбранных элементов по своему усмотрению. Чем и занялся. За последние сутки он прожил почти год в Зоне. И провел все необходимые тесты.

Начал Леонид с элемента-сталкера по кличке «Ведьмак». Он создал конфликтную ситуацию, а затем прописал через лазейку агрессивность к объекту «Сидорович». Спустя некоторое время откатив это изменение, он в обличье Диверсанта стал наблюдать за изменениями, вызванными этим вмешательством. Они были вполне логичны — сталкеру запретили посещать торговца, а сам Ведьмак проявил антипатию по отношению к Диверсанту. Затем были и другие тесты. И наконец финальный: тест с Сыскарем и Стилетом. С помощью все той же лазейки прописав Стилету агрессию к выбранному капитану «Долга», Леонид таким образом заставил сталкера убить долговца, уже вскоре схваченного и приговоренного к смерти. Затем, получив от объекта «Бармен» сигнал от сработавшей закладки, означавший, что Сыскарь обратился к нему за помощью, он-Диверсант направился наперерез Сыскарю и, вырубив его из травматического пистолета, спас, вызвав к себе дружеские чувства, а затем переждал с ним в одном укрытии дождь, рассказав сгенерированную для Диверсанта искином историю. Затем он вызвался помочь Сыскарю с поисками и направился в лабораторию.

Уже в лаборатории он, разделившись, зашел с другой стороны и, расстреляв другого сталкера, ставшего зомбированным, устроил засаду на Ведьмака, проверяя таким образом, легко ли обмануть сгенерированную ИИ личность. Это оказалось достаточно легко, а контролер, напавший с тыла, только помог. В итоге сталкеры, попавшие под обстрел, были обмануты, он-Диверсант спасен и вынесен на поверхность, а на следующий день Ведьмак с Сыскарем направились на Болота, в лабораторию по производству секретных боевых препаратов.

Затем он-Диверсант проявил себя после казни, вызвав Сыскаря к барахолке, пока стресс от смерти Стилета был еще свеж. Таким образом он проверил, как сгенерированная ИИ личность будет реагировать на неожиданные потрясения. Исход был закономерным: Сыскарь расстрелял Диверсанта, а затем прострелил ему голову. Выждав несколько часов после ухода сталкеров, он ушел с места «гибели» и, пронаблюдав спустя несколько симулятивных месяцев посещения Сыскарем могилы Стилета, счел тесты завершенными и вышел из симуляции.

Леонид допил кофе, поставил кружку на стол возле кофе-машины и, пройдя через регулярно стерилизуемую раздевалку, оставил рабочую одежду в шкафчике, оделся в повседневное и направился домой, продолжая размышлять над итогами тестов. Пожалуй, доверчивость стоит немного уменьшить…

Диверсант обложка1.png

0

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

Создайте аккаунт или войдите для комментирования

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать аккаунт

Зарегистрируйтесь для получения аккаунта. Это просто!


Зарегистрировать аккаунт

Войти

Уже зарегистрированы? Войдите здесь.


Войти сейчас